АЛЕКСАНДР ТУКМАНОВ: «ТОРПЕДО МОСКВА» БУДЕТ ЖИТЬ

Президент футбольного клуба «Торпедо Москва» в интервью газете «Советский спорт» рассказал о том, как команда провела три матча без зрителей, признался, что старается идти на сближение с фанатами и не понимает, почему его имя скандируют с трибун.

– Вы провели три матча без зрителей. Как думаете, фанатов это наказание чему-нибудь научило?
– Хочется надеяться на это. Ведь в том, что мы провели три игры без зрителей, есть «заслуга» тех болельщиков, которые вели себя неподобающим образом. Я думаю, что теперь жизнь их научила.

– Интересно, что тот же арбитр работал на игре ЦСКА – «Локомотив» и не остановил игру, когда на трибунах зажглись файеры. Получается, что к вам излишне строго отнеслись?
– Просто в игре ЦСКА – «Локомотив» пиротехнические средства не попали на поле, а у нас все было иначе. Кроме того, то, что произошло на нашей кубковой игре с «Динамо», стало примером для арбитров, как действовать в подобной ситуации. И я уверен, что не следовало прекращать матч. Надо было найти другое решение. А у нас арбитр принял крайнюю меру, не использовав все остальные.

– Вы потеряли в деньгах из-за того, что матчи проходили без зрителей?
– Да, конечно. Во-первых, недосчитались выручки с билетов. Во-вторых, нас оштрафовали на 500 тысяч рублей. Это очень существенная сумма для команды. Кроме того, сама ситуация была не из приятных. Мы всегда повторяли, что у нас самые хорошие, преданные болельщики. На стадион приходили достаточно интеллигентные люди, и они болели за «Торпедо Москва». И это несмотря на то, что клуб считался представителем рабочего класса, но всегда считалось, что поклонники – люди, понимающие футбол.

– Они ведь не молчали?
– Да, они кричали. Могли высказать, если команда выступала неудачно, но все было в рамках человеческих отношений.

– Фанатов «Торпедо Москва» не пускали на домашние матчи, но в Химки многие сумели приехать и всю игру скандировали вашу фамилию. Причем это были далеко не хвалебные речовки. Как вы к этому относитесь?
– Вы знаете, наверное, нельзя сказать, что меня это сильно нервирует. Я был удивлен, когда это только начиналось, а потом просто перестал слушать. Я прихожу посмотреть на футбол, это моя работа. То, что они делают, – бог им судья.

– Вы, по крайней мере, понимаете, из-за чего это происходит?
– Догадываюсь. Это пошло с прошлого года. Но вообще я не хочу об этом говорить. Давно прекратил все это слушать и слышать.

– Когда ситуация так сильно запускается, руководство клуба старается встретиться с болельщиками и решить все проблемы. Вы не пытались?
– Пытался. Несколько дней назад мы встречались с болельщиками. Но пришла небольшая группа поклонников клуба. Я ответил на их вопросы, мы обменялись мнениями.

– Они сказали, почему обзываются с трибун?
– Те, кто пришел, объяснили, что и они не любят тех, радикально настроенных фанатов, которые скандируют оскорбления. И эта группа недостойна называть себя болельщиками «Торпедо Москва». Среди фанатов клуба тоже нет единства.

– Тогда вышли бы на контакт с теми, кто кричит.
– Пытался. Я готов на встречу. Но они не хотят встречаться, боятся. Даже когда на встрече присутствует телевидение, они прячут лица от камеры. Мы пытались с ними подружиться, организовывали футбольные турниры на стадионе, но не нашли понимания.

– Но вы готовы с ними помириться?
– Для этого надо встретиться, а они не хотят. Захотят – пожалуйста.

– Вы хотя бы понимаете, кому это выгодно?
– Опять же только догадываюсь. Может быть, это проплаченная акция, может быть… Мне пора, мне надо идти к команде.

– Давайте немного о футболе. Вас устраивает игра «Торпедо Москва»?
– Не устраивает. У нас мало очков, мы мало забиваем, мы играем в малоатакующий футбол. Это основная причина наших неудач.

– Но забиваете вы много.
– Иногда мы действительно неплохо смотримся, практически во всех играх владеем инициативой, а это говорит о том, что у нас хорошие футболисты. Но реализация крайне слабая.

– И успокойте всех: «Торпедо Москва» не собирается прекращать существование? В конце года или в конце сезона?
– Нет. «Торпедо Москва» не умрет, «Торпедо Москва» будет жить.

«Советский спорт»